fluffyduck2 (fluffyduck2) wrote,
fluffyduck2
fluffyduck2

Category:

Феномен восприятия живописи на примере истории о величайшей мистификации в изобразительном искусстве

     У неискушённого в живописи посетителя галереи или музея часто возникает вопрос: существуют ли хотя бы какие-то мало-мальски объективные критерии художественной ценности произведений изобразительного искусства?
     Каждому из нас доводилось совершать обзорные экскурсии в художественных музеях, пробегая «галопом по Европам» через анфиладу залов. Во время кратких остановок, гид, соблюдая график и временные ограничения, просит нас обратить внимание на одну - две из многих представленных в зале картин. Почему именно эти полотна являются объектом комментария и комплиментов экскурсовода? Таким вопросом мы задаёмся, когда наш взгляд поневоле останавливается на картинах, не удостоенных отдельного рассказа. Видимо, они не столь большие по размерам, или их создателю не удалось превратить свою фамилию в художественный брэнд, а потому их цена в твёрдой валюте не так велика, как могла бы быть? Или, быть может, мнения авторитетных знатоков искусства не утвердили статус шедевра за этими работами? Но ведь они тоже красивые, вот бы у себя дома повесить что-нибудь подобное… Но тут ленивое течение мысли незадачливого экскурсанта обрывается, уловив движение группы, устремившейся, по призыву гида, к новой остановке на музейном маршруте. Да-а, ничего то я в этом искусстве не понимаю, академиев не заканчивал – приходит на ум неутешительный вывод.
     Так-то оно так, но тогда получается, что художники творят для искусствоведов и для других художников, а ведь это абсурд. Как отличить шедевр от посредственности, творчество от ремесленничества, художественную выразительность от вкусовщины, красивенькое изображение от проникновенного образа, подлинное искусство от имитации и подделки? Чем руководствоваться при покупке картины современного художника?
     На эти вопросы зачастую трудно дать ответы, поскольку в изобразительном искусстве феномен воздействия произведения на зрителя проявляется не всегда столь же явно и непосредственно, как в музыке, поэзии, театре. Картина, как и стихотворение, или мелодия, способна сразу же захватить в плен, вызвать яркий эмоциональный отклик. Но бывает, что образ, созданный художником, проявляется в нашей душе не сразу, а спустя некоторое время после просмотра картины, когда память невольно возвращает нас к минутам, проведённым в созерцании полотна. Незатейливая с виду акварель, много лет висящая в нашем доме и, казалось бы, не вызывающая никаких чувств, тем не менее создаёт неповторимую духовную атмосферу жилища. Ощутить на себе в полной мере волшебную силу искусства мы можем тогда, когда наша душа вступает в состояние резонанса с произведением. Чудо взаимопроникновения зрителя и произведения сродни физическому состоянию резонанса, которое наступает в том случае, когда частота внешнего воздействия субъекта очень близка или совпадает с частотой внутреннего колебания объекта. А когда зритель настроен «на другую волну», чуда не происходит. Настроиться на нужную волну получается не всегда, в особенности, когда негативные мнения авторитетов или широко распространённое предубеждение по отношению к художнику создают невидимую стену между зрителем и картиной. История, которую мы хотим рассказать, является хорошей иллюстрацией ко всему вышесказанному.

meegeren     Хан Антониус ван Меегерен родился в 1889 году в голландском городке Девентере в небогатой многодетной семье. Мальчик рос хилым, необщительным, погружённым в себя. Всё свободное время он проводил в мастерской учителя рисования Картелинга, который предсказывал своему лучшему ученику большое будущее. Кроме того, учителя и ученика объединяла любовь к искусству старых голландских мастеров, и оба считали, что подлинная живопись закончилась в XVII веке. Мать поддерживала стремление сына стать художником, и после окончания школы он собирался продолжить своё художественное образование, но вмешался отец. Как многие родители во все времена он не хотел для своего чада судьбы свободного художника, а желал видеть в своём сыне высокооплачиваемого профессионала, человека, твёрдо стоящего на ногах. В конце концов, между отцом и сыном был найден компромисс – выбрана профессия архитектора. Ван Меегерен стал учиться в университете в городе Делфт, но одновременно, в тайне от отца, начал заниматься в Школе изящных искусств, а мать оплачивала обучение. Вскоре молодой человек сошёлся с кузиной своего однокашника Анной де Воох. Роман благополучно продолжался два года, пока девушка не сообщила о своей беременности. Ситуация была тяжёлой – средств на содержание семьи не было никаких, поэтому ван Меегерен решил расстаться с Анной, однако она через суд добилась заключения брака. Узнав о происшедшем, ван Меегерен-старший пришёл в бешенство, и прекратил финансовую поддержку сына. Началась мучительно трудная жизнь свободного, но невостребованного и нищего художника, к тому же обременённого заботами о семье.
Но однажды беспросветную череду дней прервал конкурс молодых художников, который проходил раз в два года в Делфте. Ван Меегерен представил там свою работу и победил. И жизнь тут же кардинально изменилась. Посыпались заказы. Кроме заказов, хорошие доходы приносит очень качественная реставрация картин XVII – XVIII веков (сказалась любовь к искусству старых голландских мастеров). Дамы света и полусвета не только легко отдавали свои деньги за картины, но и дарили свою любовь. Ван Меегерен прослыл местным Казановой. Так и не простив Анне принудительную женитьбу, он расходится с ней и заводит роман, а затем женится на гламурной красавице Йо, о которой постоянно писали голландские жёлтые газеты. Казалось бы, можно считать, что жизнь удалась, если бы не художественная критика. Искусствоведы относились к ван Меегерену как к популярной бездарности, а его картины называли мазнёй. В общем, место, которое было уготовано ван Меегерену в художественной жизни Нидерландов первой половины XX века, отчасти соответствовало тому, которое занимает Никас Сафронов в современном русском искусстве. Такое положение больно ранило честолюбие художника, заметим, хорошего художника. Он стал впадать в глубокие депрессии, начал пить, играть в казино, пристрастился к морфию, устраивал оргии.
     В 1932 году жена увозит разбитого и больного ван Меегерена в путешествие по Европе, которое заканчивается покупкой виллы на Лазурном берегу, где художник приступил к написанию портретов богатых туристов. Но отныне страстное желание отомстить критикам и доказать всему миру, что он тоже великий художник, не даёт покоя ван Меегерену. Но как осуществить мечту?!
     В 1928 году, занимаясь реставрацией антикварных картин, ван Меегерен со своим другом ван Вайнгаарденом нашли картину, в которой они признали работу Ван Халса. Если бы была установлена подлинность этого портрета, он принес бы им целое состояние. Художники взялись за реставрацию картины. Когда тщательная и скрупулёзная работа была закончена, они показали ее известному искусствоведу Хофстеде де Грооту. Он признал подлинность произведения и предлагал найти покупателя. После того как картина была продана, известный критик Бредиус заявил, что это - подделка. Ван Вайнгаарден вынужден был вернуть покупателю деньги. Он решил разыграть Бредиуса. Ему он показал свою собственную картину, выдав ее за творение Рембрандта. Критик признал подлинность картины. Торжествующий Вайнгаарден театральным жестом разрезал полотно. Бредиус, осмеянный и подавленный, в очередной раз показал свою некомпетентность. И вот, через несколько лет, ван Меегерен принимает решение – он создаст произведение, которое припишет одному из великих голландских мастеров XVII века, а когда искусствоведы признают его подлинность, он объявит о своём авторстве!
     Фальсификация живописи не представляла для ван Меегерена большого труда, ведь он был великолепным живописцем и у него был большой опыт по восстановлению антикварных картин и общению с экспертами. Однако, новоявленный шедевр великого мастера прошлого эксперты станут исследовать так тщательно, как только это возможно. Как старая картина проверяется на подлинность?
     Во-первых, определяют возраст холста и подрамника. И здесь обман скрыть легче всего. Просто надо купить старую, не дорогую картину.
     Во-вторых, исследуется химический состав красок и грунтов. Если были использованы современные краски, которых не было в старину, то обман легко раскрывается. Но дотошный и трудолюбивый ван Меегерен в молодости хорошо изучил и законспектировал составы красок и грунтов, с которыми работали художники прошлого.
Однако есть три критерия подлинности, которые являются серьёзными проблемами для фальсификаторов старинной масляной живописи.
     Первая проблема – кракелюры. Это сеть тонких трещинок, которые с течением времени покрывают поверхность картины. Ван Меегерен и здесь находит решение. Он напишет картину по старому подмалёвку, фрагментарно, сохраняя каждую трещинку.
     Вторая проблема – усыхание красок. Заурядные фальсификаторы подсушивают свои подделки в печи. Но от такой обработки краски тускнеют, появляются пузыри и закалы на холсте. И тут наш герой проявил титаническое терпение и упорство. Целый год ушёл на то, чтобы методом проб и ошибок найти идеальную температуру для термической обработки картин – ровно 105 градусов Цельсия.
     Третья проблема – необходима точная имитация авторского письма, художественного почерка живописца, ну и конечно же, его подписи, а в этом ван Меегерену не было равных.
verm     Когда весь технологический цикл был разработан, осталось только взять великое имя для грандиозной мистификации. Выбор пал на Яна Вермеера Делфтского. И этот выбор был не случаен, поскольку об этом голландском художнике известно не много, признанных подлинными работ осталось чуть более тридцати, и в биографии как творческой, так и личной полно белых пятен. Вот некоторые вопросы, на которых нет ответа: где ранние работы, чем художник занимался в юности, у кого и где учился, почему работ так мало, и, наконец, почему картин, написанных на библейский сюжет всего одна – «Христос у Марфы и Марии»?
     Правда, последнее обстоятельство можно объяснить тем, что Вермеер жил в протестантском городе. Одной из причин возникновения Реформации в Европе было стремление бюргерства отделить веру Христову от того, что противники католицизма считали идолопоклонством. Прежде всего - это почитание икон и реликвий. Поклонение различным реликвиям, их фальсификация, как и торговля индульгенциями (отпущение грехов за деньги) приносило католической церкви огромные доходы. Алчность церковников в деле фабрикаций лжесвятынь порой доходила до абсурда: известны, например, 9 рук и 12 голов Иоанна Крестителя. Всё это привело к тому, что на протяжении XVI-XVII веков масса христиан, возглавляемых духовными лидерами Реформации – Лютером, Кальвином, стремились к тому, чтобы оставить от религии, по определению Василия Розанова, «лишь Крест и Евангелие». В этих исторических обстоятельствах художники, жившие в протестантских городах, а Делфт был одним из них, потеряли такого богатого заказчика, как католическая церковь. Да и обыватели, следуя велению времени, не часто заказывали картины на религиозные сюжеты. Но между тем, Вермеер, живший в кальвинистской среде, был, как ни странно, католиком! Вот и решил ван Меегерен создать нового Вермеера – религиозного.
     Однажды к его дому пришёл нищий бродяга. Художник увидел большие, наполненные беспросветной тоской глаза и подумал о том, что именно такие глаза должны быть у Христа, которого он собирался писать. До эпохи Возрождения, Иисус в массовом сознании являлся, прежде всего, Богом, Спасителем мира, победившим смерть. По мере развития западноевропейской культуры и искусства, в изображениях Иисуса акцент всё больше смещался на отображение человеческих страданий. Поэтому художественная трактовка образа Христа, как, в первую очередь, человека и мученика, вполне соответствовала как гуманистическим тенденциям XVI века, в котором жил Вермеер, так и атеистическому духу века двадцатого.
mbeg     Ван Меегерен предложил нищему позировать за ежедневный обед из хлеба, лука и вина. Бродяга заколебался – не грех ли это – позировать для портрета самого Христа? Пришлось художнику написать такую записку для своего натурщика: «Господь, если Ты существуешь, прошу Тебя, не осуди этого человека за то, что он принял участие в моём творчестве. Я принимаю на себя всю ответственность за содеянное…»
     Когда, по прошествии полугода, была закончена картина «Христос с учениками в Эммаусе», перед ван Меегереном встала необходимость сочинить правдоподобную легенду о появлении на свет ранее неизвестного шедевра Вермеера. И с фантазией у ван Меегерена было всё в порядке. Вот какую историю он придумал. Некая голландская дама, которая более двадцати лет проживает в Италии, где к власти пришли фашисты, из патриотических соображений она желает вывезти несколько принадлежащих ей полотен старых голландских мастеров на родину, но легально это сделать нельзя. Поэтому ван Меегерену пришлось, якобы, временно переквалифицироваться в контрабандиста ради славы голландского искусства. Всё это ван Меегерен рассказал своему давнишнему знакомому Бону, который в то время был депутатом парламента. А уже упомянутый выше искусствовед Бредиус пишет экспертное заключение о подлинности картины. Газетчики всего мира информируют читателей о вновь обретённом шедевре великой голландской живописи. Вскоре музей Бойманса в Роттердаме приобретает картину.



    Ван Меегерену осталось сделать последний шаг к своему триумфу – разоблачить мистификацию, и показать всем чего он стоит как художник. Но пороки человеческие способны разрушить любые планы. Деньги, полученные за картину, как-то быстро закончились. Морфий, алкоголь, игра, разврат, алчность сделали своё дело, и ван Меегерен пишет лже-Вермеера дальше.
     Летом 1938 года ван Меегерен со своей женой переселяется в Ниццу в квартал Симмеских озер, где покупают роскошную мраморную виллу. Там создание фальшивого Вермеера успешно продолжилось. На свет появляются: «Голова Христа», «Тайная вечеря», «Благословение Иакова», «Омовение ног». Все картины продаются через солидную и уважаемую фирму – антиквариат Стрийбиуса и Хоогендийка. Ван Меегерен, несмотря на расточительность, становится богатым человеком. Его жена умело распоряжается деньгами – вкладывает в недвижимость, драгоценности, коллекционирует произведения искусства. В Европе идёт Вторая Мировая война, а в роскошном особняке ван Меегерена на улице Кайзерсграхт в центре Амстердама проходят шикарные вечеринки. В столовой был установлен подковообразной формы стол, за которым не сидели, а возлежали, как на древнегреческом симпосио. Во главе стола возвышался позолоченный трон, на который усаживался хозяин дома, одетый в бело-золотую тогу с лавровым венком на голове…
     Финал этой эпопеи был удивителен. Нет, никто не докопался до истины, не разоблачил фальсификатора! Он сделал сенсационное признание собственными устами, правда, не по своей воле.
mEmm_     Всё началось с того, что новым посредником для художника становится Ван Страйвесанде, а затем случайно, ван Меегерен узнаёт, что его арт-агент тесно связан с нацистами, которые занимались скупкой и конфискацией художественных ценностей в оккупированных странах. Но об этих связях своего нового посредника художник узнаёт слишком поздно, когда новая картина якобы Вермеера «Христос и грешница» уже выставлена на продажу. Ван Страйвесанде сообщает об этом немецкому агенту Вальтеру Хоферу, а тот – баварскому банкиру Алоису Мидлю. Немцы требуют купить этот шедевр голландского искусства, и продажа картины превращается в государственное дело. После тайных переговоров сделка была заключена: в обмен на картину Третий рейх возвращает Нидерландам 200 подлинных полотен, которые были похищены нацистами во время вторжения. Ван Меегерен знает о том, что Мидль и Хофер работают на рейхсмаршала Третьего рейха и коллекционера произведений искусств Германа Геринга, но не может ничего изменить.
     После окончания войны коллекцию Геринга находят в тайнике в Австрии. Начинается расследование, в ходе которого устанавливается причастность ван Меегерена к передаче нацистам голландского художественного достояния. Он посажен в тюрьму, ему грозит смертная казнь, в камере нет ни алкоголя, ни морфия…
     12 июля 1945 художник делает сенсационное заявление.
    «Я много лет писал картины. Но музейщики и коллекционеры говорили, что мои работы немногим лучше поделок, продающихся на де-шевых распродажах. Они считали, что я - бездарный художник. Мне советовали заняться коммерческим искусством - рисовать карикатуры, рекламы зубной пасты и косметических кремов! Это оскорбительно! Тогда я решил доказать, что Хан ван Меегерен - великий художник. Я - гений! И доказать это я мог только одним способом!…»
     В то, что шедевры Вермеера оказались подделками, не поверили, и ван Меегерену пришлось это доказывать. В тюрьме художник пишет свою последнюю картину - «Христос убеждает книжников и фарисеев». Она получилась не самой удачной, поскольку была написана в не самых комфортных условиях. К тому же, за спиной у ван Меегерена постоянно толпились любопытствующие. Скандал получился громким, а интерес к художнику был так велик, что тюремщики неплохо заработали, за деньги пуская в тюрьму зрителей.
     В ноябре 1947 года в амстердамском суде завершился процесс над великим мистификатором. Приговор был очень мягким – один год лишения свободы. Однако узнику было не суждено выйти на свободу. Вскоре он умирает в тюремной больнице от сердечного приступа.
За свою жизнь Хан ван Меегерен побывал в четырёх ипостасях: безвестный нищий художник, салонный коммерческий живописец, тень гения XVII века, и, наконец, разоблачённый фальсификатор. Но по сути, он всегда оставался самим самой – замечательным художником.
     Возвращаясь к вопросу о том, чем руководствоваться при выборе и покупке картины современного художника, необходимо понимать с какой целью вы её приобретаете: в качестве объекта для вложения капитала, как деталь интерьера, ради собственного престижа, или для души? В любом случае, уместно обратиться за советами к специалистам, а также ознакомиться с популярной литературой, чтобы знать хотя бы азы изобразительного искусства, если вы не знаток. Однако когда, выбирая картину для души, вы почувствуете, что она притягивает и завораживает вас, но её автор не обладает громким именем в мире искусства, примите решение приобрести произведение. Ведь наша душа тоже нуждается в подарках.

P.S.

    Мистификация и мистика слова однокоренные. Талант, Честолюбие, Упорство, Порок, Фантазия, Его Величество Случай стали исходными ингредиентами для грандиозной аферы ван Меегерена. Казалось бы, ничего мистического, но всё же…
     Спустя полвека после кончины ван Меегерена, наследники, владеющие лже-Вермеерами, устроили повторную экспертизу. Микрофотографирование показало: почерки на подлинных картинах Вермеера Делфтского и тех, что приписывают ван Меегерену, абсолютно идентичны! Единственное исключение - «Христос убеждает книжников и фарисеев» - картина созданная в тюрьме.




Tags: Вермеер, живопись, искусство, культура, художники
Subscribe

  • Ещё предвыборное

    Есть у меня друг - директор маленького пригородного благотворительного фонда, который занимается, в том числе, раздачей горячей пищи бездомным. За…

  • Игорь Друзь про как бы "глобальное противостояние"

    Российские политики и чиновники дружно требуют от населения колоться спасительной жижей, носить тряпочные амулеты и волшебные рукавички, трогательно…

  • А чё, бл*, если нет?

    Мишустин назвал жадность одной из причин роста цен на продукты. В который раз, ознакомившись с очередным мыслеизвержением кого-то из путинской…

promo fluffyduck2 ноябрь 23, 2015 05:14 12
Buy for 20 tokens
Запретные темы: 18+; антиклерикализм; альтернативная (пара-)наука, парапсихология; пропаганда оккультизма, магии. Запрещается размещение материалов, содержание которых подпадает под действие статьи 282 Уголовного Кодекса РФ. п. 1. Ваши предложения пишите в личку или на fluffyduck@yandex.ru
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments